Лихтенштейнская группа по интересам INITIATIVE A приглашена на информационное
мероприятие по теме договора ВОЗ о пандемии с юристом Филиппом Крузе 7 февраля 2024 года.
ИНИЦИАТИВА А означает "начало", "переоценка" и "прояснение".
В своей презентации Филипп Крузе рассмотрит связь между договором о борьбе с пандемией и
международными нормами в области здравоохранения.
При этом он просто и ясно объясняет, что поставлено на карту, особенно в результате
изменений в международных нормах здравоохранения.
Я хотел бы поблагодарить вас за эти теплые слова и за теплый прием.
Прежде всего, я хотел бы сказать, что для меня особая честь выступать перед вами сегодня вечером.
Сегодня у нас в гостях наследный принц Лихтенштейна.
Ваше Светлейшее Высочество, большое спасибо за то, что нашли время прийти сюда сегодня вечером.
Для меня большая честь иметь возможность сделать это ближе к вам.
Но для меня также большая честь, что многочисленные члены парламента Лихтенштейна, то есть
представители народа, находятся здесь, чтобы получить представление об этом вопросе.
И последнее, но не менее важное: я хотел бы тепло поприветствовать вас, заглянувших сюда, и
поблагодарить за открытое отношение к этой теме.
Позвольте мне заранее сказать, что название программы этого вечера: "Договоры ВОЗ по борьбе с пандемиями".
И, конечно же, речь идет о двух правовых инструментах, которые в настоящее время обсуждаются и обсуждаются.
В конце 2021 года, почти через два года после начала пандемии, ВОЗ и ее государства-члены решили передать
ВОЗ больше полномочий, поскольку считали, что в 2020 году, в начале 2020 года, весь мир
был не готов к явлению COVID-19 и что ВОЗ отреагировала слишком слабо.
Затем в декабре, в начале декабря 2021 года, была созвана внеочередная Генеральная Ассамблея, на которой
было принято решение о проведении переговоров и подготовке двух отдельных правовых документов с
помощью двух рабочих групп, которые представляют собой основу для новой
структуры ВОЗ, расширенной компетенции ВОЗ.
Вот почему мы всегда говорим о двух контрактах.
Один из них - договор о пандемии, который сейчас у всех на устах, - фактически новый договор, которого
раньше не существовало и для принятия которого на Всемирной ассамблее здравоохранения в
мае необходимо большинство в две трети голосов.
Другой - это адаптация существующего международного договора.
Это международные санитарные нормы.
Международные медико-санитарные правила также являются договором в соответствии с международным правом.
А поскольку, согласно логике устава ВОЗ, эти международные правила здравоохранения являются лишь
техническими рекомендациями, в уставе ВОЗ в то время было записано, что для принятия таких
рекомендаций требуется лишь простое большинство голосов Всемирной ассамблеи ВОЗ.
Так что в мае следующего года простое большинство голосов с последующим
автоматическим вступлением в силу.
Это особенно тревожно, потому что именно в этих фактически технических правилах здравоохранения
заложены самые серьезные изменения, гораздо более сильные, чем в пандемическом договоре.
Именно поэтому, в силу ограниченности времени, я ограничусь в этот вечер исключительно
самыми сильными последствиями корректировки международных правил здравоохранения.
Это означает, что я не буду давать никаких технических комментариев по новому договору о
пандемии, а сосредоточусь на адаптации международных правил в области здравоохранения.
Вы уже слышали, кто я такой.
Я получил квалификацию юриста в Швейцарии, в Берне.
Я швейцарец, отслужил в армии и с 1997 года являюсь адвокатом, бизнес-адвокатом,
специализирующимся на налоговом праве, и решение в мою пользу было принято в конце 2020 года:
Я хотел бы внести свой вклад в пересмотр государственных мер через судебные
разбирательства, в дискурс, основанный на разуме, в конституционный дискурс.
И вот два года назад я все больше и больше интересовался ВОЗ, поэтому
и специализировался в этой области.
Однако я могу сказать, что это деятельность на общественных началах, но она приносит мне большую
честь, когда мне разрешают выступать перед членами парламента, политиками, а
также перед заинтересованными гражданами.
А теперь, поскольку времени у нас совсем немного, мы отправимся прямиком в medias res.
Я сосредоточился на наиболее важных, наиболее существенных предложениях по адаптации этих
международных норм в области здравоохранения.
Затем я дам вам свою конституционную оценку этого, а также прокомментирую вопрос в конце:
Кто на самом деле финансирует эту Всемирную организацию здравоохранения?
А где находятся движущие силы?
Сами ли государства финансируют ВОЗ за счет своих взносов или действуют другие силы?
Международные медико-санитарные правила (ММСП)
Если вы зайдете на домашнюю страницу ВОЗ, она будет выглядеть примерно так
(показана фотография домашней страницы).
Особенно тревожные корректировки мы наблюдаем в шести областях.
В шести областях - я пройдусь по ним поочередно.
Не все участки займут одинаковое количество времени: первые три - чуть больше, последние - чуть меньше.
Я хотел бы показать вам все, что я представляю вам, вы можете увидеть из этих санитарных норм.
Вы можете прочитать это.
Это не я придумал.
И, конечно, нельзя не сказать о статусе переговоров:
Мы снова и снова читаем, как официальные представители, например, дипломат Нора
Крониг в интервью газете Neue Zürcher Zeitung от 5 декабря 2023 года, комментируют это:
Эти текущие предложения по корректировке не являются авторитетными.
Послушайте, мы ведем переговоры и будем вести их до начала Всемирной ассамблеи здравоохранения, и
тогда нам придется говорить о том, что будет доступно, что будет вынесено на голосование.
Конечно, она не совсем не права.
Переговоры продолжаются, и в них будет внесено множество изменений.
Но эти районы здесь останутся.
И почему?
Ведь именно об этом постоянно говорят в штатах.
И я хотел бы воспользоваться этой возможностью, чтобы сказать вам об этом.
Это краеугольные камни нового регламента ВОЗ.
И они не исчезнут до следующего мая.
Теперь первый пункт:
Из различных пунктов этого документа видно, что Генеральный директор ВОЗ д-р Тедрос
значительно расширяет свои возможности по объявлению чрезвычайного положения.
Существует множество положений, с помощью которых мы можем это признать.
Другими словами, если кто-то имеет право объявить чрезвычайную ситуацию в области
здравоохранения, то федеральный суд уже говорил мне об этом во всех моих судебных делах:
Во время пандемии власти обладают широкой свободой действий, и мы, федеральный суд, не можем
вмешиваться в эту свободу действий, если только не доказано, что власти действовали вопреки ВОЗ.
Вы знаете, что это значит?
Это означает, что Федеральный суд Швейцарии до сих пор придерживался позиции, что
Пока существует международная чрезвычайная ситуация в области
здравоохранения, действует законодательство ВОЗ.
Это было в прошлом.
Хорошо, и это станет еще более важным в будущем.
Так выглядит документ при поиске в Интернете.
Предложения по корректировке находятся на общественном обсуждении
примерно с 1 декабря, 30 ноября 2022 года.
Впоследствии они были перевыпущены 6 февраля 2023 года в несколько более
привлекательной форме с идентичным содержанием.
Другими словами, все, что я вам сейчас представляю, лежит на столе уже
больше года и доступно общественности.
Итак, вот эта международная чрезвычайная ситуация в области здравоохранения, какова
правовая основа этой международной чрезвычайной ситуации в области здравоохранения?
Кстати: Public Health Emergency of International Concern PHEIC.
И поскольку мы немного ограничены во времени, я, пожалуй, расскажу о ЧСЗМЗ или международной
чрезвычайной ситуации в области здравоохранения.
И это уже стало юридически обязательным в правилах здравоохранения с 2007 года, закрепленных в статье 12.
Это уже существовало раньше.
На этом основании 30 января 2020 года была объявлена чрезвычайная
ситуация, связанная с пандемией коронавируса.
Этот срок был сохранен до начала мая 2023 года.
Три года и три месяца у нас была чрезвычайная ситуация в области глобального здравоохранения.
Например, чрезвычайные разрешения на вакцины, которые в противном случае не
существовали бы, связаны с чрезвычайным положением.
Такова текущая правовая ситуация.
Что нового?
Здесь я скопировал из текста - теперь возможна не только международная глобальная чрезвычайная ситуация
в области здравоохранения, но и региональная чрезвычайная ситуация в области
здравоохранения или предварительный этап к чрезвычайной ситуации в области здравоохранения.
Возможно... У нас есть и другие положения, именно в этих адаптациях, где говорится:
Потенциальные опасности, которые еще не материализовались, также могут
привести к введению чрезвычайного положения.
Здесь мы уже видим, что это расширение, но это далеко не все.
Данная статья 12 содержит схему принятия решений в Приложении 2.
И в это дерево решений были внесены, так сказать, новые пункты, которых должно быть
достаточно самих по себе, согласно предыдущей формулировке, один год уже на столе.
Например, человеческий грипп, вызванный новым подтипом, может стать предпосылкой или
поводом для объявления чрезвычайной ситуации в области глобального здравоохранения.
Или тяжелая инфекция, при которой не исключена передача инфекции от человека к человеку.
Где вообще можно исключить передачу инфекции от человека к человеку?
Затем вся эта идея: одно ЗДОРОВЬЕ - это концепция, это целая совокупность мыслей, которая была предметом
многих научных статей в течение примерно 15 лет, которая в конечном итоге предполагает, что угроза,
угроза здоровью исходит не только от вирусов, но также может исходить от окружающей среды,
от животного мира, от снижения биоразнообразия.
Все это не оспаривается.
Но все это может стать поводом, предлогом для объявления чрезвычайной ситуации
в области глобального здравоохранения.
Другими словами, в крайних случаях повышение уровня CO2 или повышение температуры - мы уже имеем очень
четкие заявления Тедроса в этом направлении - может, по его мнению, послужить основой или
предлогом для глобальной чрезвычайной ситуации в области здравоохранения.
Они говорят: у нас высокая температура, больше инфарктов, потому что инфарктов
больше, мы должны ввести меры по охране здоровья.
Или вы видели это прошлым летом: Аварийные планы теплоснабжения в Германии.
Что это значит?
Это означает, что список предпосылок - я говорю "предлогов" - для пандемии, а значит, и для объявления
чрезвычайной ситуации, расширяется до бесконечности.
Теперь ее невозможно сузить.
Мы называем это так, юристы называют это произволом.
Когда можно сказать, по любой причине: С сегодняшнего дня снова вводится
чрезвычайное положение, без границ.
Отсутствуют четкие стандарты.
Практически во всех конституциях у нас есть запрет на произвол.
И мы заменили произвол абсолютистских правителей принципом законности.
Это означает, что должны существовать четкие стандарты, а также возможность их проверки.
Это первый пункт критики.
Кто защитит в конце концов - кто нажмет на кнопку "стоп"?
Кто скажет, когда пандемия больше не нужна?
Кто может сказать?
Никто, если только вся Всемирная ассамблея здравоохранения не
соберется вместе и не потребует этого.
Таким образом, здесь затронуты некоторые из основных элементов любой демократической конституции.
Я вернусь к этому в конце, когда буду давать общую оценку.
Я хочу сказать, что в каждой стране, будь то Лихтенштейн или Швейцария, есть основные элементы
нашей конституции, которые являются предпосылкой для того, чтобы у нас вообще была демократия.
И они узнаваемы, они поддаются определению, как и жизненно важные функции человека, такие как
дыхание, кровообращение, иммунная система и сон.
Если просто отключить один из этих элементов, человек рано или поздно умрет.
Каждая демократия имеет такие базовые требования.
Идем дальше.
В средствах массовой информации часто бывает так, что при упоминании этого факта его отрицают
или делают заявление: Это всего лишь рекомендация.
Да, в прошлом это, возможно, имелось в виду, и на самом деле, если вы посмотрите на
конституцию ВОЗ, статью 2, и прочитаете весь этот длинный список, то придете к выводу:
ВОЗ была задумана как международная консультативная организация.
Он предоставляет опыт, платформу, экспертов, и вы можете получить знания там.
Такова была основная концепция.
Почему я сейчас говорю, что эти рекомендации обязательны к исполнению?
В качестве доказательства я привожу три статьи из предлагаемых поправок.
Статья 1 Определительная статья
До сих пор эти рекомендации [...] характеризовались как не имеющие обязательной силы.
Необязательность как черта характера будет или должна быть удалена.
Нынешнее предложение находится на рассмотрении уже год.
Это первый пункт. Затем второй элемент предложений: Ст. 13 A
В нем говорится - я переведу прямо - договаривающиеся стороны признают ВОЗ в качестве ведущего или ведущего
и координирующего органа и - вот оно - они ([...] обязуются следовать
[...] = английский юридический оборот):
Вы обязуетесь следовать рекомендациям ВОЗ.
Вы обязуетесь соблюдать их.
Если вы подписываете такой договор, то это является обязательством в соответствии с международным правом.
Конечно, да, я пойду дальше. Я перейду к следующему пункту.
Ст. 42 Существующая статья, но с некоторыми дополнениями.
До сих пор в отношении мер в области здравоохранения, которые еще не были оформлены в виде рекомендаций,
говорилось лишь о том, что они должны быть инициированы государствами-членами [...] должны
быть начаты и завершены без промедления [...].
И сейчас они продолжают писать в этой статье:
Как быть с временными и постоянными рекомендациями, которые ранее не имели обязательной силы?
Они должны... [...] они должны быть начаты и завершены без промедления
Их нужно начинать, начинать и завершать без промедления.
Примерно такая терминология используется в армии, в военном деле.
Выполнить немедленно, марш.
Это приказ.
Толкование в соответствии с принципом опоры - договоры, международные договоры толкуются в
соответствии с принципом опоры, то есть в соответствии с Венской
конвенцией о праве международных договоров.
Здесь все прекрасно объясняется.
Разумный человек не может понять это иначе, чем приказ.
Короче говоря, я упомянул только три статьи. Есть и другие указания.
Если государство делает его юридически обязательным, то это является
обязательством по международному праву.
Почему? В статье 18 действующих правил здравоохранения есть каталог возможных рекомендаций,
которые ранее не предполагались как обязательные.
И здесь я подчеркнул то, что меня особенно беспокоит.
А именно, рекомендация о том, что государство может потребовать вакцинацию или
другой вид предосторожности - профилактику.
Или ввести здесь карантин, например, или другие меры по охране здоровья подозреваемых лиц.
Любой, кто следил за терминологией в различных постановлениях за последние три года, в том числе в
швейцарском законе Covid-19, в постановлениях, в том числе в законе об эпидемиях,
между прочим: лица, подозреваемые в заражении.
Все они были таковыми, если не могли доказать, что прошли вакцинацию, выздоровели
или сдали отрицательный анализ, или три G.
А два G выздоровели или были вакцинированы.
Все остальные считались подозреваемыми в заражении.
А к людям, подозреваемым в заражении, применялись более строгие меры, что означало, что они не имели
доступа к своим основным правам и общественной жизни.
И таких людей обязательно нужно помещать в карантин - в Австралии уже построены карантинные лагеря.
Они еще не были введены в эксплуатацию в широких масштабах, но это станет возможным.
Я не говорю, что это будет сделано, но это возможно.
Да, это обязательство.
Многие в этот момент говорят: "Но это не будет выполняться.
Обязательства без военного принуждения никого не волнуют.
Да, возможно, это верно, это утверждение для обычных международных договоров,
где речь идет о правах на рыболовство.
Если большинство штатов считают, что существует чрезвычайная ситуация в области здравоохранения, то для
большинства штатов это имеет военную составляющую.
Что же тогда планируется?
Во-первых, существует Комитет по внедрению, который должен проверять,
действительно ли штаты выполняют эти корректировки.
Этот комитет должен будет сообщить об этом несоответствии Ассамблее здравоохранения.
Затем есть Комитет по соблюдению, который имеет аналогичные полномочия, и они должны будут доложить об
этом Ассамблее здравоохранения, то есть все в соответствии с новыми
предложениями после Ассамблеи здравоохранения.
А ассамблея здравоохранения, которая будет нести ответственность, будет следить
за выполнением и может принимать решения.
Все, что решит большинство членов Ассамблеи здоровья, должно быть сделано.
И тогда можно будет принять решение о санкциях.
Вы знаете, что санкции существуют и в других контекстах.
Не забывайте, что существуют и другие всеобъемлющие организации, такие как ООН.
ООН также может принимать меры против членов-нарушителей.
Затем у нас есть обычные торговые санкции, например, санкции ЕС или ограничения на поездки.
Короче говоря, можно будет затянуть винты.
Это может быть очень чувствительно, даже если речь не идет о военной армии, которая может
вторгнуться, потому что государство этого не делает.
И последнее, но не менее важное: не будем забывать о Всемирном банке.
Всемирный банк играет главную роль в финансировании ВОЗ.
Всемирный банк также может играть решающую роль в оказании влияния на политику,
ужесточая условия кредитования для целых стран.
Итак, промежуточный вывод: новые обязательные рекомендации.
Это означает, что ВОЗ предоставляется максимальное пространство для маневра, причем без
какой-либо возможности пересмотра решений де-факто исполнительной властью.
Я не хочу сказать, что ВОЗ прямо приказывает ввести карантин, но ВОЗ просто говорит:
Мы рекомендуем вводить карантин во всех штатах, где этот тест достигает
порога в такой-то и такой-то процент.
И государство скажет: мы достигли этого порога, мы испытали именно этот тест, и мы не хотим
нарушать наши обязательства по международному праву.
И вот как это работает. Это как игра в домино.
Вы должны быть реалистами в этом вопросе, учитывая опыт последних трех лет.
Да, это де-факто означает, что дифференцированные индивидуальные решения, как это сделали, например,
Дания и Швеция, де-факто становятся невозможными.
Правовой защиты и правовой определенности больше не будет.
Я перехожу к третьему, очень важному пункту, если не самому главному из всех.
В прошлом мы уже очень наглядно убедились в том, что цензура все еще преобладает, и хотя
нам больше не угрожает непосредственная опасность со стороны Covid-19.
Сегодня все еще довольно сложно найти в научных изданиях, даже в других, например в NZZ, статью,
которая бы придерживалась отличного от ВОЗ мнения о пользе ПЦР-теста - что тут скажешь, чего не скажешь!
Просто в обществе сложился некий консенсус, что существует только такое мнение.
Цензура фактов или контроль со стороны ВОЗ, по крайней мере, в будущем ВОЗ будет юридически
уполномочена взять этот вид цензуры в свои руки.
Как вы это распознаете?
Здесь мы все еще находимся в процессе адаптации международных правил здравоохранения, предложение: ст.
44, Littera h, которая просто гласит, что государства-участники должны работать вместе и
поддерживать друг друга в предотвращении распространения ложной или ненадежной
информации, а также поддерживать друг друга в противодействии этой ложной информации.
Несколько аналогичных положений есть в Международных медико-санитарных правилах.
И теперь все это кажется настолько важным для ВОЗ, а также для ООН, что эта логика также была закреплена в
договоре о пандемии, Договор ВОЗ о пандемии, ст. 18.
Я рекомендую всем представителям СМИ, которые зависят от возможности распространять информацию и осуществлять
свободный обмен мнениями, ознакомиться со ст. 18.
Это кошмар!
Здесь, под названием "коммуникация и информирование общественности", целью является борьба с инфодемией.
Смысл этого термина в том, что ложная информация так же опасна, как пандемия, как вирус.
Таким образом, неверная информация - это вирус, с которым нужно бороться.
Поэтому с ложной, вводящей в заблуждение или дезинформацией, дисфункцией необходимо бороться.
Это очень активный мандат для штатов, очень активный.
Вы также найдете эту логику в сообщениях ООН, я ссылаюсь на публичный медиа-релиз от 22 сентября
прошлого года, Генеральная Ассамблея ООН, где говорится, что это одна из самых больших проблем.
Затем появляются различные сообщения от ВЭФ: самая большая проблема, с которой сталкивается
человечество сегодня, - это дезинформация.
Я думаю, что если ученые смогут встретиться друг с другом в открытом дискурсе на открытой
сцене, то, скорее всего, они смогут это выяснить:
Что такое дезинформация и дезинформация?
Но не путем их подавления.
И это просто приводит к очень ясному вопросу: что является реализацией нескольких тысяч лет
человечества, что является основой для каждого хорошего процесса принятия решений?
Будь то в политике, в бизнесе, в личной жизни или для рецепта.
Она одна - основная информация должна быть верной, и вами нельзя манипулировать, ни
давлением времени, ни другими манипуляциями.
И бывают чрезвычайные ситуации, я это признаю, я тоже служил в армии - девятьсот дней военной службы - мне
очень понравилось, я не жалею ни об одном дне службы.
Но в какой-то момент непосредственная угроза минует, и тогда вам придется постепенно возвращаться к
нормальной жизни, в том числе и в плане информации.
Нам нужна свободная информация, открытые дебаты и отсутствие манипуляций в науке, иначе
не может быть свободной и подлинной науки.
В пользу справедливого правосудия - audiatur et altera pars (пусть будет выслушана и другая часть),
и это основной эликсир демократии par excellence.
Если мы лишимся этого, то у нас полностью исчезнет функционирующая наука.
Тогда не может быть ни науки, ни демократии, ни справедливого правосудия.
И вот, пожалуйста, у нас нет никаких доказательств того, что они действительно безопасны, даже если речь
идет о рекомендациях по вакцинации и экспериментальных веществах, по которым у нас
пока нет никаких долгосрочных исследований.
Если людям говорят: "Они безопасны и эффективны", то мы просто обязаны это знать:
Есть обязательное международное право, которое было создано на основе знаний о зверствах Второй мировой
войны, есть международный пакт о гражданских и политических правах,
статья 7, там есть обязательное положение.
Это обязательное положение гласит, что никто не может быть подвергнут медицинским или научным
экспериментам без его добровольного согласия.
Многие люди говорят: о чем вы говорите, где проводились испытания, это несопоставимо.
Взгляните на эти вещества - здесь не об этом речь, - но если они не тестировались достаточно долго и вы не
имеете представления о реальной потенции, реальном эффекте, отсутствии эффекта и, в частности, о вредном
воздействии, то это носит экспериментальный характер.
И это относится даже к случаям чрезвычайного положения, это обязательное международное право.
Об этом необходимо помнить, когда речь идет о вмешательстве в свободное распространение информации.
Это вмешательство является антиконституционным в самом серьезном смысле.
И напоминаю: вы можете поехать в любую страну и найти постановление верховного суда и множество прецедентов,
в которых говорится, что свобода мнений и свобода информации - это неотъемлемые и фундаментальные
функциональные элементы демократического сообщества.
Вы не сможете сохранить демократию, если начнете делать то, что мы делаем сегодня: ограничивать
мнения, угасать - и это также относится к переоценке.
Если вы не допускаете переоценки, то это свидетельствует о тоталитарном
развитии - и этому должен быть положен конец.
А теперь я перехожу к более коротким темам, я почти закончил.
Не волнуйся, я не переборщу, - четко проинструктировали меня.
Итак, все сказано очень быстро.
У нас нет никаких корректирующих механизмов для стран-участниц, которые позволили
бы быстро и оперативно внести коррективы.
Например, сказать: "Подождите, у нас действительно чрезвычайная ситуация в области глобального
здравоохранения? Может быть, Ковид-22? Стоп!
Здесь нет возможности быстро нажать кнопку "Стоп" или быстро выполнить рекомендации ВОЗ - например,
измерить содержание вещества или вирусную угрозу с помощью конкретного Test-X - такого нет.
Откуда это взялось?
Да, неудивительно, ведь до сих пор ВОЗ носила лишь консультативный, информационный характер.
Для этого не нужен механизм коррекции.
Но если мы сейчас начнем наделять ВОЗ новыми полномочиями, предоставлять ей юридически
обязывающие полномочия, то это автоматически должно быть связано со следующим: механизм коррекции
- Сдержки и противовесы - самая нормальная вещь в мире.
Я спрашиваю себя: почему это не обсуждалось так долго, почему это даже не начали обсуждать сегодня?
Поэтому нет никаких механизмов исправления, а там, где ничего нет, я не могу
ничего показать из шаблонов договоров.
Затем ответственность, полная неприкосновенность, что тоже относится к делу.
До сих пор ВОЗ выступала лишь в качестве консультанта.
Но если им будет позволено сказать: У нас теперь чрезвычайное положение, и оно будет действовать в
течение любого периода времени, и если это приведет к ущербу для стран-членов, для экономик, для людей, хотя
следовало бы признать, что условий для чрезвычайного положения никогда не существовало,
тогда мы должны говорить об ответственности.
Напротив: полный иммунитет, как и раньше, а также освобождение от налогов.
А если вы спросите об основных правах, то позвольте мне сказать следующее:
Если мы видим это до сих пор, то нас не должно волновать, впишут ли государства-члены в
существующую статью 3 в качестве фигового листка большое обязательство в пользу основных прав.
Вы вычеркнули это, я могу показать это сразу или нет.
Почему?
Если вы установите такой режим, если вы разрешите человеку простым щелчком пальцев, он сможет буквально
дышать в микрофон, в Женеве, на пресс-конференции и дышать в микрофон: У нас еще одна
чрезвычайная ситуация в области здравоохранения.
Этого достаточно, доказательств не требуется.
Если вы позволите этому человеку давать рекомендации, которые, как он прекрасно знает, государства-члены
должны выполнять, и если вы позволите этому же человеку и его небольшой команде определять, что мы
читаем в газетах, то судья не будет читать ничего другого, кроме этого,
и скажет то же самое, что и раньше:
Во время пандемий власти должны иметь более широкую свободу действий, и пока они
остаются в рамках рекомендаций ВОЗ, мы, суды, не имеем возможности вмешиваться.
Полная остановка, точно!
Это означает, что судебный контроль просто отключен.
Вы можете писать столько, сколько захотите: Защита основных прав должна быть гарантирована.
Да, какие фундаментальные права мы должны защищать?
Все в соответствии с рекомендациями ВОЗ.
И таков был опыт до сих пор.
Тем не менее, я вкратце покажу вам это положение, которое просто скандально.
Да, я знаю, что экспертная группа ВОЗ сама раскритиковала это положение и сказала:
Нельзя обойтись без основных прав - никогда нельзя делать акцент на подчинении защиты основных прав.
Но дело в том, что здесь: Реализация настоящего Положения должна осуществляться при полном уважении
достоинства, прав человека и основных свобод, и это подчеркивается и сегодня, и именно поэтому я говорю:
Позор вам, доктор Тедрос, а также позор вам, мисс Нора Крониг.
В этом интервью они должны были сказать:
Да, NZZ и наши уважаемые читатели, мы тоже были очень возмущены этим, и я могу сказать вам одну вещь:
Как Швейцария, мы не подпишем этот договор до тех пор, пока в нем будет написано именно это.
Они этого не сделали, поэтому: позор вам.
Я должен сказать так: это невозможно, это вообще невозможно, это все еще там.
Но даже если бы это произошло, как я уже сказал, из-за этого общего режима - который похож на
механизм власти - в итоге не может появиться эффективная защита основных прав.
Да, кто защищает наше человеческое достоинство?
Конституционная оценка? Я сказал:
Есть очень, очень важные базовые элементы демократии, любой демократии, любого конституционного строя,
независимо от того, в какой стране мы находимся.
Если отнять хотя бы одну из них, демократия рухнет.
Я начну с первых трех.
Мы стали свидетелями свободы информации и запрета цензуры.
Это абсолютный столп любой демократии, и на нем царапины.
Уже одно это должно привести к аннулированию этих контрактов.
Вы, наверное, уже поняли, насколько это важно для ВОЗ, ООН, ВЭФ и,
кстати, для ЕС - закон о цифровых услугах.
Современное общество, современное руководство и элита, похоже, зависят от
необходимости оперировать средствами цензуры.
Как далеко мы продвинулись?
Да, тогда второе: просто объявить чрезвычайную ситуацию в области здравоохранения или произвольно
выдать рекомендации без стандартов, без возможности придерживаться четких правил
или необходимости, принципа демократии.
Да, а также демократический принцип, согласно которому решать должен сам народ.
В каком правовом государстве мы живем?
Она должна иметь право голоса при принятии самых важных решений.
Если вам больше не разрешают никуда выезжать в течение шести месяцев, а во многих странах именно так
и было, без этих тестов, то это постепенно становится вопросом демократической легитимации.
А люди, как люди вообще могут изъясняться, если они еще и дезинформированы, дезинформированы.
Если подавляющее большинство искренне верит:
Мы живем в условиях такой чрезвычайной угрозы, что у нас нет другого
выбора, кроме как сделать все прививки.
Другими словами, свобода информации уже манипулирует принятием решений народом, что в конечном итоге
приводит к серьезному подрыву принципа демократии.
Разделение и ограничение полномочий, я сказал это.
Как только он слышит слово "пандемия", Федеральный верховный суд прекращает свою деятельность и перестает
быть эффективным в своей реальной сфере действия.
Мне было жутковато.
Я провел множество разбирательств, но окончательного решения так и не вынес.
Нам просто сказали: "Нас не интересуют доказательства".
Кстати, мне удалось сообщить об одном исключении:
Решение Федерального Верховного суда, ноябрь 2021 года, Федеральный Верховный суд фактически сказал:
Да, мы все видели массу ваших доказательств на тему ПЦР-тестов, вам не нужно было представлять
все это, общеизвестно, что ПЦР-тест не подходит в качестве доказательства болезни.
Об этом говорится в решении 2C_228/2021 - о нем вы можете прочитать там.
Кроме того, существует разделение властей, эффективная защита прав человека,
которая всегда заключается в эффективной защите.
Послушайте, если это просто написано где-то в качестве декларации - я знаю, что это написано
в х местах в пандемическом договоре, - вам не нужно говорить мне об этом.
Решающим фактором является следующее:
Он должен быть надежным! (на немецком языке: он должен быть практически надежным), Es muess eifach verhebe!
И посмотрите, что они сделали со стариками.
Я не хочу прояснять или поднимать старые истории, но это была очень, очень тяжелая тема - смотрите.
Могу сказать, что с того момента, как я подал первое заявление в суд и дал интервью, люди
думали, что я - национальный центр по чрезвычайным ситуациям Швейцарии.
Телефон не переставал звонить, и я мог бы написать книгу об этом опыте.
Люди вынуждены были терпеть это, чтобы защитить других.
Это коснулось пожилых людей и тех, кому не сказали правду до введения мРНК, и кто
теперь, позвольте заметить, остался в проигрыше.
И еще одно ключевое слово: суверенитет:
И здесь я обращаюсь ко всем тем, кто несет ответственность в такие времена,
кто должен взять на себя ответственность.
Я полагаю, что каждый суверенитет, каждый государственный суверенитет хочет иметь возможность
полагаться на свои собственные суждения, на суждения своих экспертов и не хочет, чтобы ему
вечно указывали, что делать, когда он поймет, что мы могли бы сделать это по-другому.
Мы могли бы еще эффективнее защитить себя с помощью более мягких мер.
Или мы можем постепенно начать заботиться о молодых людях и переключить наши ресурсы с борьбы с пандемией
на развитие молодежи, на школьное образование или на надлежащее медицинское
обслуживание, на надлежащую систему здравоохранения.
Государство должно иметь возможность самостоятельно определять приоритеты.
Если мы примем эту систему с этими двумя пандемическими контрактами, то она перестанет
быть самоопределяющейся, она будет приходить сверху под названием "готовность к пандемии".
Итак, я должен подойти к концу.
Очень важно - я резюмирую это этой картинкой:
Образ троянского коня.
Международные правила здравоохранения были задуманы конституционно - в уставе ВОЗ - как технические,
нормативные положения второстепенной важности, которые могут, должны, просто должны быть
одобрены Всемирной ассамблеей здравоохранения простым большинством голосов.
И теперь они добавляют в него вещи, которые были описаны в "Илиаде" или в истории о Трое - как
Троянский конь - вещи, которые чрезвычайно вредны.
Мы должны рассматривать эти международные нормы здравоохранения в соответствии с
тем, что в них написано, это очень важно.
Задавайте вопросы как представитель, как представитель народа или как человек:
Каковы будут последствия для нас в конечном итоге? Для демократии, для нашего здоровья, для экономики?
А потом нужно лечить.
Другими словами, нам нужны общественные дебаты, нам нужно голосование, разумеется, в каждом парламенте, и,
прежде всего, нам нужно освещение в СМИ, которое, наконец, отразит все эти
моменты и заставит людей осознать их.
Хорошо.
Что очень важно, продолжайте изучать вопрос: кто на самом деле финансирует ВОЗ?
На сайте ВОЗ вы найдете много полезной информации.
Около двух лет назад впервые был подчеркнут и очень четко охарактеризован тот факт, что только 16-17%
общего бюджета ВОЗ на двухлетний период финансируется за счет обычных взносов государств-членов.
А в остальном ВОЗ зависит - в качестве своего рода просителя - от того,
получит ли она откуда-нибудь деньги.
Если присмотреться, он выглядит немного иначе.
И это здесь:
Обычные обязательные взносы - я только что сделал безопасную оценку - сегодня все еще составляют менее
20 процентов, что называется начисленными взносами.
Говорят, что существует своеобразная оценка, налоговая оценка в зависимости
от обстоятельств каждого государства.
Членские взносы рассчитываются исходя из этого.
Таким образом, на них приходится менее 20 процентов, а более 80 процентов - это добровольные взносы.
Из них более 80 % добровольных взносов, 95 %, т. е. практически 100 %, связаны с четким определением цели,
целевым назначением, очень четким определением использования и небольшая
часть - без определения использования.
Вы можете увидеть это прямо на сайте ВОЗ, именно те цифры, которые я только что упомянул.
Просто найдите термины Voluntary contributions - Specified, то есть с точным указанием целевого
использования, и Voluntary contributions - Thematic, который представляет собой несколько
более широкое указание использования, например:
Он должен использоваться в связи с инъекциями мРНК, методами тестирования или чем-то подобным.
Это было бы тематично.
Но, по большому счету, ВОЗ не свободна в своем использовании.
Где это играет роль?
Извините, я выкинул статью из презентации, но сейчас цитирую ее по памяти.
Конституция ВОЗ, есть ли конституционное положение?
Статья 37 направлена именно на то, чтобы запретить ВОЗ позволять оказывать на себя давление, манипулировать
или контролировать себя каким-либо образом со стороны любых внешних влиятельных лиц
вне этого демократического процесса ВОЗ.
Посмотрите, статья 37.
Итак, когда вы видите эту большую долю добровольных взносов, перейдите на одну страницу
дальше на главной странице ВОЗ и посмотрите:
Здесь все зависит от размера - ранжирование по размеру взносов фактических добровольных взносов.
Таким образом, речь идет только о добровольных пожертвованиях с конкретной целью.
На первом месте Германия, чуть меньше миллиарда, 952 миллиона, что, конечно, очень мало,
вы не сможете прочитать это на обороте, так что чуть меньше миллиарда.
Далее следует Фонд Билла и Мелинды Гейтс, который явно не является государством и не преследует никаких
государственно-правовых целей, с 592 миллионами.
Основная цель - пропаганда вакцинации, 0,6 млрд.
Далее следуют Соединенные Штаты - около 0,45 миллиарда.
И тут снова появляется Билл и Мелинда Гейтс, косвенно прикрываясь платьем Альянса GAVI.
Я знаю, что это немного преувеличено.
Вакцинный альянс поддерживается государствами, в основном штатами.
Но инвестиции в основание компании, и особенно в управление, в руководство, Фонд
Билла и Мелинды Гейтс сыграл очень важную роль.
Даже сегодня можно сказать, что они танцуют под эту мелодию.
Вы можете сделать это, вы должны сложить их, это объединение интересов с единственной целью - продвигать
очень специфическую технологию вакцинных субстанций, т.е. чтобы она была объявлена обязательной.
Если сложить все эти суммы, то получится более миллиарда.
Это цифры, которые лежат на столе в конкретном виде, и я готов любому, включая журналистов,
объяснить историю создания Альянса ГАВИ чуть более корректно, чуть более точно.
Но я настаиваю, можно доказать, что эти два блока должны быть сложены вместе и
поэтому несколько провокационно преувеличены:
Билл Гейтс, прямо или косвенно, является главным финансистом в области добровольных пожертвований.
И это еще не все.
Билл Гейтс дал интервью на Всемирном экономическом форуме в январе 2019 года и сам сказал:
Лучшее вложение средств - окупаемость 1 к 20 - это инвестиции в вакцинацию.
Об этом вы можете прочитать в этой статье:
Моя лучшая инвестиция превратила 10 миллиардов в 200 миллиардов долларов США выгоды. (Мои
лучшие инвестиции превратили 10 миллиардов в 200 миллиардов долларов выгоды).
И это еще не все.
Взгляните на это: Здесь Corona стартует в январе 2020 года, здесь в январе 2020 года, а до Corona, в
сентябре 2019 года, Билл Гейтс инвестирует в Biontech по цене за акцию 18 долларов 10 центов
(18,10 доллара), примерно в сентябре, так что это было за три месяца до этого.
Затем последовали знакомые, как ни странно, несколько телевизионных выступлений этого самого человека,
который не только активно рекламирует этот самый продукт, но и говорит, что он его рекламирует:
Мы в безопасности только тогда, когда все привиты.
Это уже - большое число.
И он продает акции в тот момент, когда они стоят 300 долларов США за штуку, а потом говорит:
Да, я продал их, потому что они не так уж и эффективны.
Да, он сказал практически то же самое:
Мы были немного разочарованы эффективностью.
Но он получил свою прибыль, коэффициент 16,5.
Подобные вещи должны, по меньшей мере, рассматриваться на предмет инсайдерской торговли.
Вы должны хотя бы написать об этом в газетах.
Как может быть, что человек, чья основная работа заключается в продвижении и продаже
прививок, делает такие деньги, что знает все наперед?
Вам не нужно обманывать адвоката, и я вам тоже не верю.
В конце концов, я просто хотел бы обратить ваше внимание вот на что:
Он не единственный.
Я не хочу создать впечатление, что есть только один плохой парень и что если мы привлечем его к
суду, то - нет, я хочу показать систему, пример системы, что здесь есть экономические интересы.
Есть просто экономические интересы, и мы знаем это из повседневной жизни.
Это совершенно нормальное явление.
Просто у одних немного больше возможностей для заключения сделок, немного
больше финансовых возможностей, чем у других.
И об этом тоже нужно позаботиться.
Вы должны сделать это прозрачным.
Это также является ключевой частью борьбы с пандемией коронавируса в 2020 году.
В противном случае функция ВОЗ заключается не в защите нашего здоровья, а, к сожалению, в
оказании услуг инвесторам, инвесторам вакцин.
Что делать?
Самое главное - если вы помните слайд - что лежит в основе каждого правильного решения?
Поэтому пусть тот, кто связывает себя вечными узами, испытает, найдется ли сердце к сердцу...
Заблуждение коротко, сожаление долго.
Я не хочу играть в девять раз умного.
Я бы предпочел, чтобы я вообще больше не читал лекций, но если вы будете распространять эти
знания, передавать их дальше и инициировать дискуссии со своими друзьями и знакомыми.
И когда этот вопрос наконец попадет туда, где ему самое место, а именно в парламенты.
То, что я здесь сказал... (аудитория аплодирует)
... именно там, где это нужно, именно там и происходит процесс принятия решений.
И это, конечно, включает в себя - общественный интерес более чем доказан, общественный интерес
почти подавляет нас, что означает, что это должно быть показано в СМИ, с обеих сторон.
(зрители аплодируют)
И это не только субъективное ощущение жителей Лихтенштейна здесь, в Тризене, но я могу
сказать вам, что во всех странах, которые я посетил до сих пор, люди реагируют точно так же.
Вы можете почувствовать его прямо под кожей, вот так.
И на этой ноте я хотел бы передать вам теплые приветствия от ваших коллег-демократов и
собратьев-людей из всех стран, которые я посетил.
Вы можете почувствовать то же самое.
Они не теоретики заговора, не правые экстремисты.
(зрители аплодируют)